Индустрия цифровых активов начала активно вытеснять традиционные банки из их прежней привилегированной роли в политической и финансовой системе США. Криптосектор, который еще несколько лет назад воспринимался как маргинальный, сегодня стал влиятельным игроком и вступил в открытую конкуренцию с банковским лобби, пишет The Economist.
Прошедший год оказался благоприятным и для банков, и для крипторынка. Банковские акции выросли на фоне ожиданий смягчения регулирования после победы Дональда Трампа на выборах, а криптоиндустрия получила мощный импульс благодаря принятию закона GENIUS Act, легализовавшего стейблкоины в США. Однако именно этот документ стал причиной нового конфликта.
Закон запрещает эмитентам стейблкоинов выплачивать проценты держателям токенов — по настоянию банков, опасающихся оттока депозитов. В ответ криптокомпании нашли обходной механизм: эмитенты, такие как Circle, делятся доходами с криптобиржами, а те выплачивают пользователям «вознаграждения» за хранение стейблкоинов. Банковский сектор считает такую практику нарушением духа закона и требует закрыть эту лазейку.
Напряжение усилилось в декабре, когда регуляторы США одобрили выдачу национальных трастовых банковских лицензий сразу нескольким криптокомпаниям, включая Circle и Ripple. Хотя такие лицензии не позволяют принимать депозиты или выдавать кредиты, они дают право оказывать кастодиальные услуги на федеральном уровне без необходимости получать разрешения в каждом штате. Для банков это стало болезненным сигналом: криптофирмы получили доступ к ключевой финансовой инфраструктуре.
Параллельно меняется и политический баланс. Криптоиндустрия находит поддержку у «новых правых» и антиистеблишментских сил, а также активно инвестирует в политическое влияние — только на промежуточные выборы 2026 года криптосектор готовит сотни миллионов долларов. В результате традиционные банки, ранее критикующие демократов за жесткое регулирование, теперь все чаще ищут союзников именно среди сенаторов-демократов и левоцентристских организаций, выступая против криптокомпаний.
Эксперты отмечают, что получение криптокомпаниями национальных трастовых хартий стало важной вехой. Это не только упрощает регулирование и снижает издержки, но и символизирует признание криптосектора частью официальной финансовой системы США. В долгосрочной перспективе это может подорвать вековую монополию банков на посредничество в движении денег и радикально изменить расстановку сил на финансовом рынке.
